Даже «медведи» обсуждают высокие целевые значения для золота

Согласно Forbes, обозреватель Клем Чемберс недавно объяснил, почему считает, что цена на золото не достигнет $10.000 долларов в этом цикле.

Это может показаться медвежьим прогнозом. Но, на мой взгляд, интереснее его скептицизма тот факт, что в основных финансовых СМИ вообще обсуждают цену золота в $10.000 долларов.

Пять или шесть лет назад о подобном говорили очень редко. И чаще в контексте апокалиптических предсказаний о полном крахе доллара. Сегодня разговор носит другой характер. Аналитики крупных институтов, таких как BNP Paribas и JPMorgan, публично обсуждали сценарии роста цен на золото до $6.000-$8.000 долларов в конце этого десятилетия. Повсюду звучат прогнозы цен, над которыми всего несколько лет назад посмеялись бы.

Что изменилось? Ну, в основном, математика.

Цены на золото проходят длительные циклы, зависящие от валютных условий. С 2001 по 2011 год золото выросло примерно в восемь раз. После пика в 2011 году и коррекции, которая длилась несколько лет, золото снова начало расти, поскольку уровень мирового долга резко увеличился, а центральные банки расширили балансы после пандемии 2020 года.

Всякий раз, когда вы видите прогноз цен на золото, который кажется неправдоподобным, советую вспоминать слова бывшего главного экономиста МВФ и гроссмейстера Кена Рогоффа от 2016 года:

...у цены [золота] нет лимита.

В то время Рогофф советовал центральным банкам покупать золото. Тогда они не прислушались; в последнее время спрос мировых центральных банков на желтый металл бьет рекорды. (Лучше поздно, чем никогда).

Однако вот что важно. Ключевой момент заключается не в том, достигнет ли золото отметки в $10.000 долларов в следующем году. Когда ведущие аналитики начинают обсуждать пятизначные цены на золото, это сигнализирует о том, что инфляционные ожидания, обесценивание валюты и бремя суверенного долга больше не второстепенные проблемы. Вот в чем суть.

Управляющие долгосрочными фондами, такие как центральные банки, не покупают физическое золото из-за прогнозов на следующий квартал или целевых цен на следующий год. Они пополняют хранилища золотыми слитками с намерением хранить их на протяжении долгого времени. Мы с ужасом наблюдаем последние несколько лет, как валюты теряют покупательную способность. Это практически неизбежно. И это не политическое наблюдение, а просто исторический факт.

Еще одно обсуждение: серебро по $200 долларов

Отдельную волну комментариев на этой неделе вызвал скептицизм в отношении прогноза для серебра в $200 долларов. Статью написал Энтони Ди Пизио из Motley Fool, но в данном случае меня интересует не протест, а обсуждаемое ценовое значение.

На протяжении большей части 20-го века, до распада Бреттон-Вудской системы в 1971 году, соотношение золота и серебра составляло в среднем от 15:1 до 40:1. С тех пор оно составляет в среднем 55:1. Сегодня, когда цена золота превышает $5.000 долларов, а серебро торгуется выше $90 долларов, соотношение остается высоким по историческим меркам (59,5:1 на момент написания статьи).

При цене золота в $5.000 долларов и возвращении соотношении к историческому 40:1 серебро будет торговаться около $125 долларов. (При соотношении 30:1 — ближе к $167 долларам).

Обратите внимание, что это просто вычисления, а не гарантии, но они дают представление о том, почему $200 долларов для серебра не так абсурдны.

Серебро также имеет двойственную природу. Оно используется и как денежный металл, и как незаменимый промышленный материал для производства электроники, солнечных панелей и других передовых технологий. По данным Института серебра, с 2019 года ежегодный мировой спрос стабильно превышает предложение. Более того (и это часто упускается из виду), в отличие от золота, серебро не всегда можно переработать.

Все это не означает, что завтра серебро должно подскочить. Рынки могут отставать или прыгать выше головы.

Но вот в чем дело: когда финансовые СМИ считают необходимым обсудить цену серебра в $200 долларов (даже если они опровергают возможность), это говорит о том, что мысль уже витает. В конце концов, с чего бы им отвергать идею, которую никто не выдвигает?

Если я что и усвоил за эти десятилетия, так это то, что сначала меняются настроения, и только потом — цены.